Маротта о стадионе, команде U-23 и многом другом

В качестве главного героя подкаста DAZN «Valori in Campo», президент «Интера» Беппе Маротта затронул широкий круг тем. Он уделил значительное внимание новому стадиону и команде U-23.

«В начале своей профессиональной жизни у меня было два пути на выбор: журналистика или менеджмент, и оба были моими увлечениями. Оба пути, безусловно, приносили удовлетворение, но затем я решил выбрать второй, и я очень счастлив. Я еще в детстве увлекался динамикой поля и атмосферой в раздевалке, и мне показалось, что это тот путь, который лучше всего соответствует моим способностям».

Новый Сан-Сиро

«Наконец-то нам удалось начать строительство, проложить путь, который приведет нас еще дальше. Это будет извилистая дорога; в Италии непросто по ней ориентироваться, поскольку бюрократия очень препятствует процедурам, которые должен пройти клуб или отдельный человек. Мы вступили в эту новую эру с оптимизмом; у нас будет новый дом. Приобретение «Сан-Сиро» было очень сложным, но благодаря настойчивости Ральфа и Скарони нам удалось завершить сделку. Это будет очень современный стадион, который прежде всего отвечает потребностям безопасности, комфорта, гостеприимства и целому ряду ценностей».

Есть ли какой-то прообраз нового стадиона в Европе?

«С точки зрения дизайна, я не хочу вдаваться в подробности, потому что мы все еще находимся в процессе обсуждения. Вскоре будет сделана полноценная презентация. Проект поручен Фостеру и Манике, двум иконам спортивной архитектуры, которые будут интерпретировать указания двух владельцев. Могу лишь сказать, что газон не будет передвижным, как у «Реала», но современные технологии позволяют легко заменить его за один день».

Почему так сложно разместить два прекрасных, функционально работающих объекта в одном и том же итальянском городе?

«С политической точки зрения, до сих пор не было четкой позиции по развитию этого аспекта национального спорта. Сегодня, благодаря наличию Министерства спорта и министра, подобного Абоди, есть готовность к этому, о чем свидетельствует назначение специального уполномоченного по стадионам. Очевидно, мы начинаем понимать, какое влияние эти объекты могут оказывать не только на общество, но и на экономику отдельных клубов и спорта в целом. Трудности возникают из-за того, что некоторые объекты должны рассматриваться, как представляющие явный национальный интерес, и поэтому, наряду с Министерством спорта, должно существовать Министерство инфраструктуры. Когда мы говорим о таких проектах, как новый «Сан-Сиро», который потребует инвестиций в размере приблизительно 1,6-1,7 миллиарда евро, становится ясно, что он имеет большое значение для экономики страны. Это могло бы помочь нам преодолеть определенные препятствия, связанные с медленными процедурами, которые легко встречают сопротивление на местном уровне».

Какой из матчей на «Сан-Сиро» стал для вас самым эмоциональным за всё время вашей работы в «Интере»?

«Мне посчастливилось увидеть это еще в детстве. Это не только архитектурный символ Милана, но и хранилище сильных эмоций. Ценность памяти – одна из важнейших для человека, и мы должны беречь ее. Впервые я попал на «Сан-Сиро» в мае 1965 года, когда в финале Лиги чемпионов встретились «Интер» и «Бенфика», и это было моим первым впечатлением от стадиона. Это незабываемо; был дождливый день. Я не могу этого забыть, и то же самое относится к другим более недавним событиям в моей менеджерской карьере, таким как второе по значимости дерби в апреле 2024 года, когда мы выиграли у «Милана» со счетом 2:1, или победа над «Удинезе» под руководством Конте, которая позволила нам отпраздновать завоевание Скудетто».

Означает ли новый «Сан-Сиро» новую эру для «Интера» и «Милана»?

«Безусловно. В Италии наблюдается период стагнации, из-за которого мы оказались в самом низу списка по количеству новых стадионов. В Европе за последние 20 лет было построено или реконструировано 250 стадионов, и только 6 из них — в Италии, а это о многом говорит. Мы не учли важнейшее «сердце» каждого клуба: стадион должен быть домом для болельщиков, клуба и игроков. С экономической точки зрения, он также представляет собой чрезвычайно важный актив, который приводит к увеличению доходов. Мы находимся в самом низу списка, зарабатывая 80 миллионов евро, «Милан» — столько же. «Реал Мадрид» и «Барселона» зарабатывают от 250 до 300 миллионов евро, а цель «Реала» с новым стадионом — превысить полмиллиарда. Мы рассчитываем более чем удвоить доходы от матчей и всех мероприятий, проводимых и осуществляемых в течение недели».

Может ли трансферный рынок быть похож на рынок «Реала»?

«Мы переживаем серьезный спад. В начале 2000-х годов трансферы игроков использовались только для привлечения лучших футболистов; сегодня же прибыль от прироста капитала является значительной статьей расходов в финансовой отчетности. Итальянский трансферный рынок может приводить только к безубыточным сделкам. За исключением «Комо» и «Фиорентины», остальные клубы демонстрируют относительно сдержанную игру. Нам необходимо проявлять дальновидность в трансферных операциях, предоставляя больше свободы воображению, креативности и опыту менеджеров, чем финансированию со стороны акционеров.

Чем объясняется разница в посещаемости стадионов в Италии и Англии?

«Взяв в качестве примера «Сан-Сиро», можно сказать, что первые трудности для болельщиков возникают с поиском парковки, удобным подъездом к стадиону и восприятием 90-100 минут матчей с точки зрения гостеприимства — я имею в виду, возможность купить пиво или бутерброд. Доступных мест мало, структура стадиона этого не позволяет. У нас устаревшие туалеты, которые не соответствуют минимальным стандартам гостеприимства и безопасности. Это не способствует привлечению семей с детьми. На современном стадионе также будут места для детей». 

Зависит ли тот факт, что такие таланты, как Ямаль, не получают должного развития в Италии, также и от структуры футбола?

«Безусловно. Когда мы проводили объективный анализ европейского рейтинга стадионов, мы не упоминали небольшие тренировочные центры. Сегодня в Италии их не хватает. У нас самих есть два таких центра, один для основной команды и один для молодежной, которые устарели. Но благодаря дальновидности Oaktree и нашим потребностям, они решили инвестировать 100 миллионов евро. Мы приобрели новые земли, на которых будут построены новые объекты, необходимые для развития талантов. Если вы играете на картофельном поле, вам будет трудно принять советы тренера. Если вам нужно остановить мяч на неровном поле, вы не сможете этого сделать. Должны быть подходящие условия, чтобы эффективно применять наставления тренеров».

Когда мы сможем увидеть игроков из молодежной команды (до 23 лет) в основном составе «Интера»?

«Вместе с Керубини я входил в тренерский штаб, который создал команду U23 в Турине, и я очень хорошо знаком с этим опытом. Мы приостановили проект здесь, потому что у нас не было ресурсов, но Oaktree заняла дальновидную позицию и выделила значительную сумму, чтобы воплотить проект в жизнь, который сейчас курируют Баччин и такой тренер, как Векки. Цель состоит в том, чтобы в течение года-двух создать условия для тренировок команды U23 в Аппиано-Джентиле вместе с основной командой. Это было бы здорово, потому что это создало бы симбиоз между командой U23 и основной командой. Кокки также дебютировал в Лиге чемпионов, а Киву очень внимателен, так что можно сказать, что команда U23 — это инструмент для развития талантов».

Когда состоится открытие стадиона «Сан-Сиро», и будет ли в основной команде достаточно игроков до 23 лет?

Наш пример для подражания — это команда со средним возрастом игроков моложе нынешнего, и если бы у нас была возможность развивать свои таланты, мы были бы очень счастливы. Я считаю, что среди двадцати тренерских штабов команд Серии А — мы единственные, у кого есть тренер, который вышел из молодежной академии «Интера». Это признак смелости со стороны руководства, эффективности и того, как молодежная академия может привлекать не только тренера, но и других специалистов, включая менеджеров, физиотерапевтов и других руководителей. 

Так могут ли «Челси» и «Арсенал» стать образцом для подражания?

«Челси» недавно изменил свой подход. «Арсенал» делает это дольше. Мы не можем прекратить инвестиции только потому, что «Редбирд» и «Оaktree» заключают сделки независимо от клуба, но такая открытость к молодым игрокам — это то, что итальянские клубы должны уважать. 

Каково это – иметь дело с иностранными собственниками? Когда-то был Моратти…

«Совсем недавно «Кальяри» переключил свое внимание на иностранную собственность. Это реальность. И как спортсмен, я говорю: слава богу, что иностранная собственность пришла. Потому что давайте представим, что великому миланскому клубу пришлось бы прибегнуть к приходу двух иностранных владельцев, чтобы продолжить наследие двух славных клубов. Мы больше не можем иметь дело с моделями патронажа; вместо этого приходят фонды, в основном американские, которые увлечены спортом. Но они применяют критерии современности, устойчивости и целевых инвестиций для дальнейшего улучшения лучших качеств клуба. Компания Oaktree мыслит перспективно и делает значительные инвестиции, и это приносит пользу «Интеру», миланскому и национальному футболу». 

Насколько сложно быть конкурентоспособным и устойчивым? Существует ли модель Маротты?

«Модель Маротты очень проста, но она больше не применяется. Люди думают, что в футболе всё легко, но это не так. Итало Аллоди, пионер среди тренеров, перешедший из «Интера» в «Ювентус», говорил, что футбол — единственный способ стать архитектором на следующий день, потому что мы все знаем футбол. Но это не так; он требует экспертных знаний, очень больших экспертных знаний. Нельзя добиться успеха, не полагаясь на компетентных менеджеров. В «Интере» мы стремимся к совершенству. Мы находимся на передовой в достижении спортивных целей, а в области медицинской психологии мы достигли соглашения с профессором Чеккарелли, который работает с Синнером. Инновации идут рука об руку с устойчивым развитием. В спорте не всегда побеждает тот, кто тратит больше всего. Экспертиза — это главная ценность, которую владельцы, даже в футболе, должны уважать».

Вы заметили какие-либо психологические изменения у спортсменов и футболистов?

«Наблюдается большая эмансипация среди людей. Они не стали умнее, чем раньше, но стали более вовлечены, потому что футбол приобрел другое измерение. Подход к спортивному событию с мышлением, соответствующим вашей общей цели, легче приводит к достижению результатов. Разум — это феномен, система, которую нельзя прочитать и интерпретировать так же легко, как физические показатели, достигнутые с помощью имеющихся технологических инструментов. Тем не менее, он составляет огромную долю успехов и неудач в спортивном выступлении».

Насколько велико влияние социальных сетей?

«Мы, вероятно, до сих пор живем в этом мире, не понимая его преимуществ и недостатков. Он разросся так быстро, что мы не можем установить границы или понять его содержание. Я не пользуюсь социальными сетями из соображений самозащиты и чтобы избежать риска стать непопулярным среди поклонников. Я считаю их неэффективными, и это предупреждение моим маленьким детям. Они мало чему учатся. Остается неясная сторона вопроса, нет защиты или уважения к людям. Клавиатурные воины процветают. И мы пытаемся защитить себя: это непросто, потому что трудно вмешаться с законодательной точки зрения. Это часть инноваций общества и культуры, и поэтому нам приходится с этим жить». 

Вы работаете с молодежью в этом направлении?

«Мы также несем ответственность за развитие сотен зарегистрированных детей, мальчиков и девочек, и наша миссия — воспитать мужчин и женщин завтрашнего дня, не только с точки зрения спорта. Немногие станут профессионалами; все остальное — часть нового общества, и мы должны направлять их в образовательном и профессиональном плане. Моя цель — задуматься о том, что ждет в будущем молодых людей, которые не станут профессионалами. Наша образовательная миссия — это ответственная задача, столь же важная, как и завоевание трофеев».

Какие чувства вы испытали, став новым президентом «Интера»?

«Для футбольного болельщика, и я считаю себя очень удачливым, я чувствую себя скорее удовлетворенным, чем реализованным. Я прошел путь от рядового игрока. Я наполовину миланец, родился в Варезе, и это почти рай на земле, вершина стремлений. Но я сделал это с большой скромностью, что является очень важной ценностью для личностного роста. Я принял вызов от Oaktree, и это был акт веры, который они мне оказали, и я надеюсь, что смогу оправдать это доверие со временем. Я взялся за эту роль с мотивацией и страстью. Моя жизнь не изменилась; у меня и раньше была руководящая должность, но эта должность приносит свои плоды».

«Я рад, что сохранил все ценности, которые привели меня к должности менеджера, а не президента. Это был профессиональный титул, который носили все президенты, с которыми я работал за 50 лет. Я начинал молодым, с важными президентами, которые дали мне опыт, и я учился у них. Я прошел путь от Зампарини до Гарроне, затем до Аньелли. Разные образцы для подражания, но каждый из них дал мне очень много и является внутренней силой, которая побуждает меня подходить к этому опыту со страстью. У молодых людей есть прекрасные качества, но им не хватает опыта, который, безусловно, является очень важным активом для обретения уверенности в себе и для того, чтобы играть значимую роль во всем, что вам предстоит делать».

Какой трансферный ход вас больше всего удовлетворил?

«Исторический момент – это Погба. Благодаря сотрудникам и коллегам, которые работали со мной в «Ювентусе», мы купили его бесплатно, а через несколько лет продали обратно за 115 миллионов евро. Я считаю, что он до сих пор один из самых высокодоходных игроков, возможно, даже Лукаку, которого мы продали с «Интером». Историческая, уникальная, неповторимая фигура. Благодаря интуиции и хитрости человека, которого уже нет с нами, одного из величайших агентов, Мино Райолы, который помог нам осуществить эту сделку, это была командная операция. Казалось бы, простая. Фергюсон был в «Юнайтед»: он также дал мне опыт, я хорошо его узнал. Я продал ему Таиби, у которого не было большого опыта, но который пришел в «Юнайтед» из «Венеции». Я осуждаю потерю таких фигур, как Фергюсон, – и многих других». 

Суеверный президент?

«Нет. Существует только один метод ведения переговоров: когда нужно продать игрока, лучше всего сделать это за ужином в трезвой обстановке. А когда покупаете, то это нужно делать утром — старый закон менеджмента». 

Новый стадион «Сан-Сиро» станет частью программы чемпионата Европы 2032 года…

«Наша цель — построить новый стадион к 2030 году, и мы надеемся этого достичь. Бюрократический процесс сложен, но мы надеемся и верим, что итальянский футбол не может обойтись без города Милана как своего представителя. Органы должны прилагать усилия и не забывать, что Милан должен представлять национальную футбольную сцену».

Надеюсь сначала увидеть Италию на чемпионате мира…

«Мы надеемся пройти квалификацию на чемпионат мира в этом году. Я очень на это надеюсь, потому что, к сожалению, есть дети, которые еще не видели Италию на чемпионате мира. Для национальной сборной с такой историей, как у нас, это негативный аспект, над которым нужно задуматься, даже если не всегда есть время для анализа такого рода спада».